Дни бегут быстротечные
и, наверное, жаль
мне шаги их поспешные,
но печаль безутешную
вызывают едва ль -
блики бликов, нет стержня в них,
и какая там даль!
Мозг от счёта устал...
Лишь печаль о не встреченном
притаилась в груди
и в ненастности вечера
заунывно твердит:
"Взгляд ты, мной не замеченный,
ненаписанный стих!
Разминулись, прости".
Да слезой не пролившейся
сердце вдруг защемит
обо всём не случившемся,
не прожитом, не сбывшемся
что мне будто трубит
журавлём, пролетающим
над прижизненным кладбищем
с густотой его плит;
годы - зимними вишнями
с цветом их нераскрывшимся…
Когда погребают эпоху,
Надгробный псалом не звучит,
Крапиве, чертополоху
Украсить ее предстоит.
И только могильщики лихо
Работают. Дело не ждет!
И тихо, так, господи, тихо,
Что слышно, как время идет.
А после она выплывает,
Как труп на весенней реке, —
Но матери сын не узнает,
И внук отвернется в тоске.
И клонятся головы ниже,
Как маятник, ходит луна.
Так вот — над погибшим Парижем
Такая теперь тишина.
5 августа 1940,
Шереметевский Дом
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
