И опять я устала, как часто теперь устаю.
Я сижу за столом, а по левую руку - окно.
За окном - никого. Не гуляют, не пьют, не поют.
Очень тихо на улицах нынче. Такое кино.
Жутковато порой. Иногда одиночка, как тень,
проскользнёт. Всё закрыто - кафе и танцзалы, и проч.
Что случилось? Да мелочь. Такая смертельная хрень.
Не ругайся, послушай, напрасно беды не пророчь.
И вообще - ничего. Ни дурных и ни добрых вестей.
В карантинном аду есть по-своему сладкий уют.
Сочини лучше сказку на случай прикольных гостей,
что на ужин к тебе, как закончится всё, подойдут.
Что? Не веришь? Я - тоже. Зачем же тогда, вопреки,
ты глядишь из окна и мотаешь бессмысленный срок,
вспоминая что где-то за тысячу вёрст, у реки,
есть кусты ежевики, стрекозы, горячий от солнца песок.
О, знал бы я, что так бывает,
Когда пускался на дебют,
Что строчки с кровью - убивают,
Нахлынут горлом и убьют!
От шуток с этой подоплекой
Я б отказался наотрез.
Начало было так далеко,
Так робок первый интерес.
Но старость - это Рим, который
Взамен турусов и колес
Не читки требует с актера,
А полной гибели всерьез.
Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлет раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
1932
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
