Мы бы вышли из штолен, но отвесна стена -
Всяк на свете виновен, всё на свете вина.
Тот познал эту тайну, кто смотрел НВО -
Лишь вина неслучайна, больше нет ничего.
Королевы рептилий, яйценосных зверей,
Не бывало красивей, не бывало добрей,
Но накрыла девчонку с головою волна,
И остался Джон Сноу, а у Сноу - вина.
За стеною метели, ветер дует в окно,
Стая юных офелий поседела давно,
Где ты низшая каста, с кем я выпью вина?
В голове Фортинбраса вместо яда вина.
В чистом поле крыжовник, в грязном поле инжир -
Если был ты виновник, значит, брат мой, ты жил.
В тёмно-синее небо улетала стрела,
Как вина на древке проступала смола.
Задумаешься вдруг: какая жуть.
Но прочь виденья и воспоминанья.
Там листья жгут и обнажают суть,
но то уже за гранью пониманья,
и зреет там, за изгородью, звук,
предощутим и, кажется, прекрасен.
Затянешься. Задумаешься вдруг
в кругу хлебнувших космоса орясин —
высотки, в просторечии твоём.
Так третье поколение по праву
своим считает Фрунзенский район,
и первое — район, но не державу.
Я в зоне пешеходной — пешеход.
В зелёной зоне — божия коровка.
И битый час, и чудом целый год
моё существованье — тренировка
для нашей встречи где-то, где дома
населены консьержками глухими,
сошедшими от гордости с ума
на перекличке в Осовиахиме.
Какая жуть: ни слова в простоте.
Я неимущ к назначенному часу.
Консьержка со звездою на хвосте
крылом высоким машет ишиасу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
