Что мимолётнее, короче
мгновений воробьиной ночи -
в зарницах - ярче тусклых дней!?
В сияньи звёздных многоточий,
волшбы, загадок и пророчеств
она из памяти не хочет
уйти - чем дальше, тем ясней.
Среди туманов и теней
бесчисленных утрат, потерь,
рутины будничной и скуки
её лучи, как будто звуки
напевов юности моей,
ко мне любовно тянут руки
и нет их ближе и родней!
Минута ночи длится, длится,
волненье светлое даря.
Прикосновение пера
летящей в небыли жар-птицы
стирает времени границы,
смешав "сегодня" и "вчера":
встаёт полночная заря,
в ней Гелиос на колеснице,
её колёс мелькают спицы;
а, может, то мелькают спицы
в небесном тереме - девицы
(под переливы нот цевницы*)
плетут покров для алтаря
любви, надежды и добра,
чтоб в беспросвете ноября,
закатной немочи и стыни
ты вспомнил ночи воробьиной
кураж, восторг, созвучий ливни
и мог шептать: "Прожил не зря..."
*Цевница - народный духовой музыкальный инструмент, род свирели.
Ни сика, ни бура, ни сочинская пуля —
иная, лучшая мне грезилась игра
средь пляжной немочи короткого июля.
Эй, Клязьма, оглянись, поворотись, Пахра!
Исчадье трепетное пекла пубертата
ничком на толпами истоптанной траве
уже навряд ли я, кто здесь лежал когда-то
с либидо и обидой в голове.
Твердил внеклассное, не заданное на дом,
мечтал и поутру, и отходя ко сну
вертеть туда-сюда — то передом, то задом
одну красавицу, красавицу одну.
Вот, думал, вырасту, заделаюсь поэтом —
мерзавцем форменным в цилиндре и плаще,
вздохну о кисло-сладком лете этом,
хлебну того-сего — и вообще.
Потом дрались в кустах, ещё пускали змея,
и реки детские катились на авось.
Но, знать, меж дачных баб, урча, слонялась фея —
ты не поверишь: всё сбылось.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.