Кошек, собачек, цветы, детей
и ещё всякое, всякое разное
вышивает прилежная вышивальщица.
Стежок за стежком, крестик за крестиком.
Украшает жильё поделками.
То подушку - хитрой кошачьей мордой,
то рушник - петухами.
То морской пейзажик - на стенку.
То белую-белую с золотыми куполами вышьет,
а то и портрет цыганки с гитарой.
Кто или что велит ей?
Напрягать тугое полотно на пяльцах,
продевать в ушко цветную нить,
протыкать раз за разом
тысячи тысяч раз
бесцветное плоское, банальное пространство,
превращать его, превращать..
Спроси - не ответит.
Ибо не её это дело - понимать истоки и говорить о них
и о том чудесном, что творится её руками.
А кто скажет, кто может сказать?
И кто смог хотя бы попытаться?
Разве что какой-нибудь горемычный..
Ганс-Христиан?
Или, может, какой-нибудь просто Колька..
Яновский?
Да, да!
Вот они смогли бы.
Ибо речью владели искусно
и сродни работе вышивальщицы было их занятие.
Не иглой и нитью, но пером и словом
превращали убогость приземлённого быта
в трогательное, волнующее отражение
на простой белой бумаге,
испещрённой чернильными знаками и значками.
Пройдут годы.
Побледнеют, осыпятся нити и буквы,
постепенно умалятся они, исчезнут -
подобно крупицам соли растворятся во времени.
И станет время солёным, как океан-море,
как слёзы радости и отчаяния..
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук!
Звук понятный и знакомый,
Не пустой для сердца звук!
Это — звоны ледоходе
На торжественной реке,
Перекличка парохода
С пароходом вдалеке.
Это — древний Сфинкс, глядящий
Вслед медлительной волне,
Всадник бронзовый, летящий
На недвижном скакуне.
Наши страстные печали
Над таинственной Невой,
Как мы черный день встречали
Белой ночью огневой.
Что за пламенные дали
Открывала нам река!
Но не эти дни мы звали,
А грядущие века.
Пропуская дней гнетущих
Кратковременный обман,
Прозревали дней грядущих
Сине-розовый туман.
Пушкин! Тайную свободу
Пели мы вослед тебе!
Дай нам руку в непогоду,
Помоги в немой борьбе!
Не твоих ли звуков сладость
Вдохновляла в те года?
Не твоя ли, Пушкин, радость
Окрыляла нас тогда?
Вот зачем такой знакомый
И родной для сердца звук —
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук.
Вот зачем, в часы заката
Уходя в ночную тьму,
С белой площади Сената
Тихо кланяюсь ему.
11 февраля 1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
