Двуликий Янус - моя память,
она, заставив явь бледнеть,
то гневный бич, то вкусный пряник.
Меж полюсами "да" и "нет",
она бесчисленностью граней
не устаёт ласкать и ранить,
причём с годами бьёт сильней.
Сначала память робким плЮщом
среди житейских драм, нирван
вплеталась в будничную ткань...
Воспоминанья о минувшем
лишь позже стали хлеб насущный,
и пожирал тот Минотавр
за часом час, болезнью став,
закрыв своей огромной тушей
окно в "сегодня" и вгрызаясь
в сознание всё глубже, глубже -
не плюща ласкового завязь,
но опухоли метастазы…
И как мучителен их гнёт,
с которым путь вперёд заказан!
Они на "было" приворот.
Ты, память, - неподъёмной ношей,
когда уже не жизни часть –
весь окоём ты застишь прошлым,
затмив и "завтра" и "сейчас"...
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук!
Звук понятный и знакомый,
Не пустой для сердца звук!
Это — звоны ледоходе
На торжественной реке,
Перекличка парохода
С пароходом вдалеке.
Это — древний Сфинкс, глядящий
Вслед медлительной волне,
Всадник бронзовый, летящий
На недвижном скакуне.
Наши страстные печали
Над таинственной Невой,
Как мы черный день встречали
Белой ночью огневой.
Что за пламенные дали
Открывала нам река!
Но не эти дни мы звали,
А грядущие века.
Пропуская дней гнетущих
Кратковременный обман,
Прозревали дней грядущих
Сине-розовый туман.
Пушкин! Тайную свободу
Пели мы вослед тебе!
Дай нам руку в непогоду,
Помоги в немой борьбе!
Не твоих ли звуков сладость
Вдохновляла в те года?
Не твоя ли, Пушкин, радость
Окрыляла нас тогда?
Вот зачем такой знакомый
И родной для сердца звук —
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук.
Вот зачем, в часы заката
Уходя в ночную тьму,
С белой площади Сената
Тихо кланяюсь ему.
11 февраля 1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
