Уже нет повода для ссор и объяснений,
Вся жизнь расклеилась картонкой под дождём.
Когда-нибудь, перешагнув через сомненья,
Мы непослушные ладони разожмём.
И станем прошлым, беспокойным и недужным,
Ох, не задеть бы, не вспугнуть, не зацепить,
И будем дни считать легко и равнодушно,
пытаясь есть, пытаясь спать, пытаясь быть.
А как всё было - и не вспомнится, нет мочи,
И оглянуться - просто тёмное окно,
Ведь из любви обычно путь вдвойне короче,
А вот в любовь прийти не каждому дано.
Когда в пустыне, на сухой закон -
дожди плевали с высоты мечетей,
и в хижины вползал аккордеон,
тогда не просыпался каждый третий.
Когда в Европе, орды духовых
вошли на равных в струнные когорты,
аккордеон не оставлял в живых,
живых – в живых, а мертвых – даже в мертвых.
А нынче, он – не низок, не высок,
кирпич Малевича, усеянный зрачками,
у пианино отхватил кусок
и сиганул в овраг за светлячками.
Последний, в клетке этого стиха,
все остальные – роботы, подделки,
еще хрипят от ярости меха
и спесью наливаются гляделки.
А в первый раз: потрепанная мгла
над Сеной, словно парус от фелюки…
…аккордеон напал из-за угла,
но, человек успел подставить руки.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
