Идиот - теперь так называют романтика
(принт на майке)
Представьте только на минуту:
Уж лето катит, лето мчится,
И вдруг, поэт стоит во лузях
Столбом, остановив мгновенье волей.
Весь от Лакост или же в Гуччи,
На Гелендвагене порой,
Порою в БМВ - иль что там
Носить поэтам нынче должно -
Но головою где-то в высях.
Стопой резвой прирастая
К почве, ощущая корни
И крови зов...
Зверьё поэта не боится -
Напротив, на него бежит
Обнять по-братски и поплакать
В душистый кардиган
О тяготах презренной плоти
И невозможности соитья
С природой в полной мере
Ввиду различных обстоятельств
И экологии плохой.
За зверем птицы ринуться к поэту
И рыбы из ближайшей лужи,
И червячки, и даже споры
Потянуться к душе открытой.
Поэт погладит зверья нежно,
Потреплет дружески за холку,
Попросит вежливо дать лапу.
Он птахам зернышек насыплет,
Перо воткнет коли упало,
А не воткнется, - так приклеит.
Он рыбкам червячков подбросит,
А червячкам и спорам – рыбу -
Тому как есть гармоний в свете!
А если нет, то в нашей власти
Поправить нестыковку делом,
Украсив дело нужным словом.
Сеанс закончив устроенья,
Окинет взором неуемным
Ближайший вид родной планеты,
И скажет: Это хорошо!
На телефон пейзаж заснимет,
Окурок подберет с дороги -
И съест его в порыве чувства!
И от избытка чувства гаркнет!
Омытый в роднике студеном,
Обсушенный на вольном ветре,
Вдохнет, вбирая грудью благость,
И - в гелендваген с мазерати.
Полезет в дольчи и габбаны
Зыбучие свои…
Но станет внутренне он чище
Гораздо!
В Рождество все немного волхвы.
В продовольственных слякоть и давка.
Из-за банки кофейной халвы
производит осаду прилавка
грудой свертков навьюченный люд:
каждый сам себе царь и верблюд.
Сетки, сумки, авоськи, кульки,
шапки, галстуки, сбитые набок.
Запах водки, хвои и трески,
мандаринов, корицы и яблок.
Хаос лиц, и не видно тропы
в Вифлеем из-за снежной крупы.
И разносчики скромных даров
в транспорт прыгают, ломятся в двери,
исчезают в провалах дворов,
даже зная, что пусто в пещере:
ни животных, ни яслей, ни Той,
над Которою - нимб золотой.
Пустота. Но при мысли о ней
видишь вдруг как бы свет ниоткуда.
Знал бы Ирод, что чем он сильней,
тем верней, неизбежнее чудо.
Постоянство такого родства -
основной механизм Рождества.
То и празднуют нынче везде,
что Его приближенье, сдвигая
все столы. Не потребность в звезде
пусть еще, но уж воля благая
в человеках видна издали,
и костры пастухи разожгли.
Валит снег; не дымят, но трубят
трубы кровель. Все лица, как пятна.
Ирод пьет. Бабы прячут ребят.
Кто грядет - никому не понятно:
мы не знаем примет, и сердца
могут вдруг не признать пришлеца.
Но, когда на дверном сквозняке
из тумана ночного густого
возникает фигура в платке,
и Младенца, и Духа Святого
ощущаешь в себе без стыда;
смотришь в небо и видишь - звезда.
Январь 1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
