Мы теперь в ещё больших останемся, друг, дураках.
Не бывает любви, не бывает всё именно так.
Всё серебряный дождь виноват, замыкнувший кольцо.
Как живая вода реставрирует в нас мертвецов.
Выходи за меня постоять на ветру перемен.
Потеплее оденься, мы вновь не готовы к зиме,
И висит полнолуние как очумелый капкан.
Отпусти нас, тревога, сними с одиночества скан.
Нам доверено всё своевременно и невпопад.
Мы не можем уйти, потому что в стотысячный прав
Голос твой в голос мой златомудрыми нитками вшит.
Ну, какая любовь, это больше, чем небо, скажи.
Она пришла с мороза,
Раскрасневшаяся,
Наполнила комнату
Ароматом воздуха и духов,
Звонким голосом
И совсем неуважительной к занятиям
Болтовней.
Она немедленно уронила на пол
Толстый том художественного журнала,
И сейчас же стало казаться,
Что в моей большой комнате
Очень мало места.
Всё это было немножко досадно
И довольно нелепо.
Впрочем, она захотела,
Чтобы я читал ей вслух "Макбета".
Едва дойдя до пузырей земли,
О которых я не могу говорить без волнения,
Я заметил, что она тоже волнуется
И внимательно смотрит в окно.
Оказалось, что большой пестрый кот
С трудом лепится по краю крыши,
Подстерегая целующихся голубей.
Я рассердился больше всего на то,
Что целовались не мы, а голуби,
И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
