Как мертвый гвоздь торчит в стене,
так я стою в проёме жизни -
в таком малюсеньком проёме,
как будто не закрыта дверь.
Так в незашторенном окне
прямоугольник рамы виснет
в вечерней лунной полудрёме,
в которой я — притихший зверь.
И силы нет завыть с тоски.
Бормочет старый телевизор -
так с тишиной сражаться легче.
И не дай Бог погаснет свет!
На ноги - теплые носки.
И чаю - в чашку от сервиза.
И пусть приятным станет вечер!
Но гвоздь торчит, вцепясь в цемент.
Вот так и я живу, вцепясь
в суть одиночества немую.
И проще завести собаку,
чем ждать единственный звонок,
да знать, что надо жить сейчас,
куда-то двигаться вслепую,
но вдруг однажды в полумраке
на гвоздь повесить поводок.
О доблестях, о подвигах, о славе
Я забывал на горестной земле,
Когда твое лицо в простой оправе
Перед мной сияло на столе.
Но час настал, и ты ушла из дому.
Я бросил в ночь заветное кольцо.
Ты отдала свою судьбу другому,
И я забыл прекрасное лицо.
Летели дни, крутясь проклятым роем...
Вино и страсть терзали жизнь мою...
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою...
Я звал тебя, но ты не оглянулась,
Я слезы лил, но ты не снизошла.
Ты в синий плащ печально завернулась,
В сырую ночь ты из дому ушла.
Не знаю, где приют твоей гордыне
Ты, милая, ты, нежная, нашла...
Я крепко сплю, мне снится плащ твой синий,
В котором ты в сырую ночь ушла...
Уж не мечтать о нежности, о славе,
Все миновалось, молодость прошла!
Твое лицо в его простой оправе
Своей рукой убрал я со стола.
30 декабря 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
