Он бородой весьма небрежен.
Он неопрятен и потёрт.
Зато глаза, горят как прежде.
Из бара – в бар,
со спиртом в порт.
С утра он алчет лимонадик,
В такт синкопирует кадык.
Затем ларёк, фунфырик, падик.
- Братан, нальёшь?
- Конечно, дык.
Часы? Он ими насладился.
А знать – продать часы пора.
Чтоб праздник бесконечно длился.
Алкоджихадов мишура.
А вот, гляди-ка, книжек полка!
Печатный закружился лист.
Ну и – ату их! Больше толка
В рублях, что дарит «Букинист».
Шурша осеннею листвою,
Волнуя небо под ногами,
Он и не то ещё освоит
В своей погоне за деньгами.
А после – круг привычных басен.
Как был он прежде адмирал,
Цусимы брал, врагу ужасен.
И на Бали ходил на бал.
И на «Титаник» Бонапартом
В черкесской бурке взгромоздясь,
Рубил врагов с шальным азартом.
Шёл в пекло, гордо, не таясь…
***
Скрипя замшелыми бортами,
В гуано он сегодня пьян.
Он прожигатель мирозданий.
Он созерцатель бытия…
Т. Зимина, прелестное дитя.
Мать – инженер, а батюшка – учетчик.
Я, впрочем, их не видел никогда.
Была невпечатлительна. Хотя
на ней женился пограничный летчик.
Но это было после. А беда
с ней раньше приключилась. У нее
был родственник. Какой-то из райкома.
С машиною. А предки жили врозь.
У них там было, видимо, свое.
Машина – это было незнакомо.
Ну, с этого там все и началось.
Она переживала. Но потом
дела пошли как будто на поправку.
Вдали маячил сумрачный грузин.
Но вдруг он угодил в казенный дом.
Она же – отдала себя прилавку
в большой галантерейный магазин.
Белье, одеколоны, полотно
– ей нравилась вся эта атмосфера,
секреты и поклонники подруг.
Прохожие таращатся в окно.
Вдали – Дом Офицеров. Офицеры,
как птицы, с массой пуговиц, вокруг.
Тот летчик, возвратившись из небес,
приветствовал ее за миловидность.
Он сделал из шампанского салют.
Замужество. Однако в ВВС
ужасно уважается невинность,
возводится в какой-то абсолют.
И этот род схоластики виной
тому, что она чуть не утопилась.
Нашла уж мост, но грянула зима.
Канал покрылся коркой ледяной.
И вновь она к прилавку торопилась.
Ресницы опушила бахрома.
На пепельные волосы струит
сияние неоновая люстра.
Весна – и у распахнутых дверей
поток из покупателей бурлит.
Она стоит и в сумрачное русло
глядит из-за белья, как Лорелей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
