Мы были
Амёбами, лиственными,
Мицелием, слизнями,
Хордовыми, прямоходящими,
Кибернетическими ящерами –
Тупой глиной сырой.
Но мы сделались – Рой!
От сапиенсов осталось
Правило жужжать в танце
Рой с заглавной Ро!
Я не понимаю...
В грунтовых хранилищах – жжжж... – работа идёт,
Мои собратья роются.
Над вересковыми плантациями – жжжж... – работа гудит,
Одногодки мои реют.
За гаремной дверью – жжжж... – жжжж... – жжжж...
Мои ровесники роятся.
А я?..
Жвала – клещи, надкрылки – титан,
Мышцы – стальные провода,
В жале вольтаж летальный.
Не пахнет мне ни там, ни тут,
К переселенцам не зовут.
Зачем я? Куда?
В казни участвовал за растерзание,
Своими же гаремных самок, –
Не по зову, не по размеру, –
Я мог оказаться с той стороны,
Случайно казался на верной.
Что дальше?
Завтра, вызывая письмом,
Лично вручает прайс.
– Брат, скажи...
– Не приближайся.
Отлично...
На дальние рубежи.
Август болот и полей, клевер, багульник.
С севера запах клейкий,
Питкий, а с юга...
Дьявол!
Низкий гул. До тошноты
Ярость
Протуберанецем ударяет в кадык:
Вражьи отряды атакуют наши межи!
Фасеточные полушария,
Багровея, умножают
Тысячу на тысячу,
Мало!
Яд впрыскивается, жало
Выгнулось и дрожит,
Осталось секунды три,
Прежде чем... Рой,
Я стану тобой секунды на три.
На острие, кочевники,
Где там у вас кишки!
Адовы, долгожданные, грузные штурмовики!
Напоследок разрешаю:
Выбери, куда бить жалом, эй, говори!
Брюхо? Грудина? Глаз?
Я сдохну прямо сейчас, куда ужалить?
Внутри...
Благоухание вражины.
Ты пахнешь моей жизнью,
Моим роем
Чужим.
Только зеркало зеркалу снится,
Тишина тишину сторожит...
Решка
Вместо посвящения
По волнам блуждаю и прячусь в лесу,
Мерещусь на чистой эмали,
Разлуку, наверно, неплохо снесу,
Но встречу с тобою — едва ли.
Лето 1963
1. Предвесенняя элегия
...toi qui m'as consolee. Gerard de Nerval
Меж сосен метель присмирела,
Но, пьяная и без вина,
Там, словно Офелия, пела
Всю ночь нам сама тишина.
А тот, кто мне только казался,
Был с той обручен тишиной,
Простившись, он щедро остался,
Он насмерть остался со мной.
10 марта 1963
Комарово
2. Первое предупреждение
Какое нам в сущности дело,
Что все превращается в прах,
Над сколькими безднами пела
И в скольких жила зеркалах.
Пускай я не сон, не отрада
И меньше всего благодать,
Но, может быть, чаще, чем надо,
Придется тебе вспоминать —
И гул затихающих строчек,
И глаз, что скрывает на дне
Тот ржавый колючий веночек
В тревожной своей тишине.
6 июня 1963
Москва
3. В Зазеркалье
O quae beatam, Diva,
tenes Cyprum et Memphin...
Hor.
Красотка очень молода,
Но не из нашего столетья,
Вдвоем нам не бывать — та, третья,
Нас не оставит никогда.
Ты подвигаешь кресло ей,
Я щедро с ней делюсь цветами...
Что делаем — не знаем сами,
Но с каждым мигом все страшней.
Как вышедшие из тюрьмы,
Мы что-то знаем друг о друге
Ужасное. Мы в адском круге,
А может, это и не мы.
5 июля 1963
Комарово
4. Тринадцать строчек
И наконец ты слово произнес
Не так, как те... что на одно колено —
А так, как тот, кто вырвался из плена
И видит сень священную берез
Сквозь радугу невольных слез.
И вкруг тебя запела тишина,
И чистым солнцем сумрак озарился,
И мир на миг преобразился,
И странно изменился вкус вина.
И даже я, кому убийцей быть
Божественного слова предстояло,
Почти благоговейно замолчала,
Чтоб жизнь благословенную продлить.
8-12 августа 1963
5. Зов
В которую-то из сонат
Тебя я спрячу осторожно.
О! как ты позовешь тревожно,
Непоправимо виноват
В том, что приблизился ко мне
Хотя бы на одно мгновенье...
Твоя мечта — исчезновенье,
Где смерть лишь жертва тишине.
1 июля 1963
6. Ночное посещение
Все ушли, и никто не вернулся.
Не на листопадовом асфальте
Будешь долго ждать.
Мы с тобой в Адажио Вивальди
Встретимся опять.
Снова свечи станут тускло-желты
И закляты сном,
Но смычок не спросит, как вошел ты
В мой полночный дом.
Протекут в немом смертельном стоне
Эти полчаса,
Прочитаешь на моей ладони
Те же чудеса.
И тогда тебя твоя тревога,
Ставшая судьбой,
Уведет от моего порога
В ледяной прибой.
10-13 сентября 1963
Комарово
7. И последнее
Была над нами, как звезда над морем,
Ища лучом девятый смертный вал,
Ты называл ее бедой и горем,
А радостью ни разу не назвал.
Днем перед нами ласточкой кружила,
Улыбкой расцветала на губах,
А ночью ледяной рукой душила
Обоих разом. В разных городах.
И никаким не внемля славословьям,
Перезабыв все прежние грехи,
К бессоннейшим припавши изголовьям,
Бормочет окаянные стихи.
23-25 июля 1963
Вместо послесловия
А там, где сочиняют сны,
Обоим — разных не хватило,
Мы видели один, но сила
Была в нем как приход весны.
1965
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.