«Что-то нужно сломать изнутри, чтобы выйти наружу.
– Что случилось? — жена вдруг увидела красную грушу.
– Ничего. Хочешь грушу? Меня угостил ею друг».
ole. Ночной трамвай
Из деревянных бочек льётся ром
на каменные стены парапета,
пустеющие ёмкости нутром
каким-то чуют, что спасенья нету,
что не для всех останется ноябрь
предвестием ещё одной надежды
на будущее, светлое, но я б
не убирала чёрные одежды
ночей холодных в ледяных слезах
(такая нынче никакая осень).
Анубис взвесит душу на весах —
она пера не перевесит вовсе
и полетит над серою Невой,
заглядывая сфинксам прямо в очи,
а те давно мертвы, над мостовой
нависли молча, дальний путь пророчат.
До вырия дотронуться рукой
не каждый может — близок, словно локоть.
Лети безмолвной птахой над рекой,
и только тенью — на граните копоть.
Больничная тара, черника
и спирт голубеют в воде.
Старик, что судил Амальрика
в тагильском районном суде,
шарманку беззубую снова
заводит, позорище, блин:
вы знаете, парни, такого?
Не знаем и знать не хотим.
Погиб за границей Амбльрик,
загнулся в неведомых США.
Тут плотник, таксист и пожарник,
и ваша живая душа.
Жизнь, сволочь в лиловом мундире,
гуляет светло и легко,
но есть одиночество в мире
и гибель в дырявом трико.
Проветривается палата,
листва залетает в окно.
С утра до отбоя ребята
играют в лото-домино.
От этих фамилий, поверьте,
ни холодно, ни горячо.
Судья, вы забыли о смерти,
что смотрит вам через плечо.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
