Мой пеплос, так искусно вышитый,
промок от слёз. Тебя сберечь
богов просила - не услышали.
Погиб, сражаясь... Чей-то меч
делил судьбу на части равные -
жена-вдова, светло-темно.
А Троя спит, войной отравлена.
А Троя спит, ей всё равно.
Внутри меня живёт фасолинка.
Она живëт и я живу.
Но дни и ночи пересолены
морской водой. Не наяву
и не во сне, а так, по краешку
бесцветных будней, в суете,
плетëтся жизнь. И льдом нетающим
сковало сердце. Пожелтел
наш виноградник. Гроздья спелые
исходят розовой смолой.
Готовы амфоры. И пела я,
когда срезали грозди. Пой
теперь и ты, но колыбельную,
И люльку-месяц подтолкни...
Останься жив и вместе пели бы,
Останься жив... Останься! Дни
идут-бредут. Седыми клочьями
по храмам пепел. Мëртв огонь.
И каждый вечер с неба точечка
ложится на мою ладонь...
Она пришла с мороза,
Раскрасневшаяся,
Наполнила комнату
Ароматом воздуха и духов,
Звонким голосом
И совсем неуважительной к занятиям
Болтовней.
Она немедленно уронила на пол
Толстый том художественного журнала,
И сейчас же стало казаться,
Что в моей большой комнате
Очень мало места.
Всё это было немножко досадно
И довольно нелепо.
Впрочем, она захотела,
Чтобы я читал ей вслух "Макбета".
Едва дойдя до пузырей земли,
О которых я не могу говорить без волнения,
Я заметил, что она тоже волнуется
И внимательно смотрит в окно.
Оказалось, что большой пестрый кот
С трудом лепится по краю крыши,
Подстерегая целующихся голубей.
Я рассердился больше всего на то,
Что целовались не мы, а голуби,
И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
