***
Бывает странное стечение времён,
как будто шаг неверный, долговая яма —
не завершать незавершённого, упрямо
тащить в себе, с собой, со всех сторон
укрыв от ветра перемен — пусть будет штиль,
и самый знаменитый русский шпиль
проткнёт очередной закрытый счёт
на комнаты гостиничного типа.
Но там, на волнах радужного трипа,
где море источает звонкий йод,
где даже лёд идёт, бежит, плывёт
и так звучит, что холодеет в жилах
и горячеет лоб — мы, значит, живы,
а значит, пусть неверно, но вперёд,
летим туда, где параллельные прямые
нас тянут за собой, за горизонт.
Лишившись воздуха, спина к спине, немые,
забывшие линейное письмо,
где строки — это раны ножевые,
где раны — это скопище длиннот,
стекающих по лезвию на землю,
из воздуха — к земле, домой, назад,
качаемся, как высохшие стебли,
во мне молчит условный Ленинград.
Во мне кричит — не видно глаз, замотан
от холода — напорист, самозван,
обратно, с воскресенья на субботу,
зовущий берег, мой условный Магадан.
О, мой застенчивый герой,
ты ловко избежал позора.
Как долго я играла роль,
не опираясь на партнера!
К проклятой помощи твоей
я не прибегнула ни разу.
Среди кулис, среди теней
ты спасся, незаметный глазу.
Но в этом сраме и бреду
я шла пред публикой жестокой —
все на беду, все на виду,
все в этой роли одинокой.
О, как ты гоготал, партер!
Ты не прощал мне очевидность
бесстыжую моих потерь,
моей улыбки безобидность.
И жадно шли твои стада
напиться из моей печали.
Одна, одна — среди стыда
стою с упавшими плечами.
Но опрометчивой толпе
герой действительный не виден.
Герой, как боязно тебе!
Не бойся, я тебя не выдам.
Вся наша роль — моя лишь роль.
Я проиграла в ней жестоко.
Вся наша боль — моя лишь боль.
Но сколько боли. Сколько. Сколько.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
