Декабрьская хандра - зимы печальной слякоть.
Тщеславие мое и то устало якать.
И сны длиннее дня о горестях, разлуках,
а письма и стихи все о душевых муках.
Подростки-тополя окна немого стражи,
Им небо целый день из снега кофты вяжет.
А сумерки стоят гостями на пороге,
в котомках и мешках они хранят тревоги.
Озябшие мечты дрожат под одеялом.
Как без любви тепла и света в мире мало!
Но нежности твоей спасает притяженье -
Судеб материки приводятся в движенье!
Тьмы черный океан качает лодку сказки,
Красавица, закрой на миг волшебный глазки -
Увидишь, как блестит апрель в зеркальной глади
И как цветет любовь стихами из тетради!
Нескушного сада
нестрашным покажется штамп,
на штампы досада
растает от вспыхнувших ламп.
Кондуктор, кондуктор,
ещё я платить маловат,
ты вроде не доктор,
на что тебе белый халат?
Ты вроде апостол,
уважь, на коленях молю,
целуя компостер,
последнюю волю мою:
сыщи адресата
стихов моих — там, в глубине
Нескушного сада,
найди её, беженцу, мне.
Я выучил русский
за то, что он самый простой,
как стан её — узкий,
как зуб золотой — золотой.
Дантиста ошибкой,
нестрашной ошибкой, поверь,
туземной улыбкой,
на экспорт ушедшей теперь
(коронка на царство,
в кругу белоснежных подруг
алхимика астра,
садовника сладкий испуг),
улыбкой последней
Нескушного сада зажги
эпитет столетний
и солнце во рту сбереги.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
