Не оставляй меня, строка,
моя строка печальная,
из чаянья-отчаянья!
Созвучий на юру накат
продолжи прежней манией.
Сознанье ждёт наплыва их
губами в час свидания,
что жаждут долгожданного
таких желанных губ других
то робкого касания,
то властного вторжения,
им вторят с упоением,
нирвану для себя открыв
в тех сладостных движениях...
Так русло высохшее ждёт
от ливня возрождения;
а чьё-то сердце, что вот-вот
попросит он прощения,
знакомый плащ в дверях мелькнёт...
Не оставляй меня, строка,
моя строка печальная,
неловкая и рваная;
средь пепелища чадного
в моей руке - твоя рука...
А, может, и в пьете гудка,
надрывного, причального,
услышу не "прощай!" - "пока!"
Москва бодала местом Лобным,
играючи, не насовсем,
с учётом точным и подробным
педагогических систем.
Москва кормила до отвала
по пионерским лагерям,
с опекою не приставала,
и слово трудное ге-рон-
то-кратия — не знали, зрели,
росли, валяли дурака.
Пройдёшься по сентябрьской прели -
глядишь, придумалась строка.
Непроизвольно, так, от сердца.
Но мир сердечный замутнён
на сутки даденного ксерокса
прикосновением времён.
Опережая на три года
всех неформалов ВКШ,
одну трагедию народа
постигла юная душа.
А нынче что же — руки в брюки,
гуляю, блин, по сентябрю,
ловлю пронзительные звуки
и мысленно благодарю.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
