Он Байрон этанола.
Движения икона.
Он, в сумерках морозных
пространство бороздя,
Махнувши шестернёю,
Накатит самогона.
Он Уильям Блейк этила.
Он человек дождя.
Он граммофон поставит,
Зашедшись в пьяном раже.
Под лампочкой, мерцающей
Как тушка светляка.
Прорежет децибелами
Всю хмарь пятиэтажек.
А то – и в мглу высоток
Покрошит облака...
А после двадцать пятой
Герою тристаграмма
Захочется признания –
Сбываются мечты –
Он мотыльком направится
Пробить фронтир экрана.
И мы получим бодрое
Входящих «ы-ы-ы!»…
Не надо ничего,
оставьте стол и дом
и осенью, того,
рябину за окном.
Не надо ни хрена —
рябину у окна
оставьте, ну и на
столе стакан вина.
Не надо ни хера,
помимо сигарет,
и чтоб включал с утра
Вертинского сосед.
Пускай о розах, бля,
он мямлит из стены —
я прост, как три рубля,
вы лучше, вы сложны.
Но право, стол и дом,
рябину, боль в плече,
и память о былом,
и вообще, вобще.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
