Я с годами на женьшене
и поэтому не стар.
Не боюсь свернуть я шею,
когда вижу божий дар
пролетает, взор смущая,
нецензурно ухо жжёт,
приглашая в кущах рая,
откусить запретный плод.
Это бабушкин характер
не даёт покоя мне,
я божественно бестактен
с даром тем наедине.
Это дедушкины гены,
потому ещё не сед,
потому, так офигенно
я качусь по склону лет.
И с годами не мудрею,
хоть и зреет мысль в себе -
Если кончит ахинею
в мир нести здесь Керен.Б,
ляжет в гроб от горя Муза,
станет мерином Пегас
и, оставшись Лира с пузом,
скажет: "Бросил, сука, нас".
Один графоман в солидный журнал
прислал корявый стишок.
Совсем таланта не было в нем,
и стиль был весьма смешон.
Но чтобы вывод под стих подвесть,
в нем были такие слова:
«Жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Младший редактор сказал: «Пустяки!
Ступай-ка в корзину, брат!»
Но чем-то тронули сердце стихи,
и он их вернул назад.
– Вчера я пришел веселенький весь,
и жена была неправа.
Но «жизнь такова, какова она есть,
и больше — никакова!»
Редактор отдела, увидев стих,
наморщил высокий лоб.
Стихи банальные. Автор псих.
А младший редактор жлоб.
Но строчки вошли, как благая весть,
до самого естества.
«Жизнь такова, какова она есть,
И больше — никакова!»
И свой кабинет озирая весь,
подумал любимец богов:
«А может, и я таков, как есть,
И больше совсем никаков».
И страшная мысль, как роса с травы,
скатилась с его головы:
А может, и все таковы, каковы,
И больше — никаковы?
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
