Строка с могилы Иудеи,
была такая глухомань, -
"Людского сердца нет лютее,
гвоздём пронзающего длань".
Народ мой с болью неразлучно
живёт, - болит сейчас и впрок.
Болит всё вместе и поштучно,
болит в строке и между строк.
Воздаст за боль, костры, потери,
новокрещенцев проклянёт,
той мерой, что Господь отмерил,
высоковыйный мой народ.
В конце концов, уйдут арабы,
туда, где их Египет ждёт.
Где фараоны лечат раны
за осквернение суббот.
Европа тоже в Лету канет
за Древней Грецией вослед
и в Риме ляжет сотый камень
и под мечеть и в минарет.
Америку за Древним Римом
от чужаков не сберегли, -
немытой, чёрной и незримой
сползла, как тень с лица Земли.
Империи во тьме утонут,
пройдя упадок и расцвет.
Подобны железобетону,
останутся лишь вещи две.
Евреи для народов светом,
сгорая, будут, как всегда,
а те их станут клясть за это
и называть жидом Христа.
Мама маршевую музыку любила.
Веселя бесчувственных родных,
виновато сырость разводила
в лад призывным вздохам духовых.
Видно, что-то вроде атавизма
было у совслужащей простой —
будто нет его, социализма,
на одной шестой.
Будто глупым барышням уездным
не собрать серебряных колец,
как по пыльной улице с оркестром
входит полк в какой-нибудь Елец.
Моя мама умерла девятого
мая, когда всюду день-деньской
надрывают сердце “аты-баты” —
коллективный катарсис такой.
Мама, крепко спи под марши мая!
Отщепенец, маменькин сынок,
самого себя не понимая,
мысленно берёт под козырёк.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.