В распахнутую чемоданью пасть,
чтоб насовсем от боли не пропасть,
заняв себя каким-то важным делом,
сложу рубашки, брюки, свитера -
твоё сегодня и моё вчера,
в котором я беды не углядела.
Размазана по стенам тишина.
Ссутулившись, ты куришь у окна.
Так просто пешки поменять местами,
опять Е-2. Стараюсь не рыдать,
бегут минуты – капает вода.
- Ключи вот здесь на тумбочке оставил.
Простишь?
- Прощу.
- Ну, я пошёл.
- Пока...
Заиндевеет вязкая тоска,
Балкон открыт, два шага до созвездий…
Но, собирая с пола взвод солдат,
я отступаю. Я иду назад,
к ребёнку с волосами цвета меди.
Завидую, кто быстро пишет
и в благости своей не слышит,
как рядом кто-нибудь не спит,
как за стеною кто-то ходит
всю ночь
и места не находит.
Завидую, кто крепко спит,
без сновидений,
и не слышит,
как рядом кто-то трудно дышит,
как не проходит в горле ком,
как валидол под языком
сосулькой мартовскою тает,
а все дыханья не хватает.
Завидую, кто крепко спит,
не видит снов,
и быстро пишет,
и ничего кругом не слышит,
не видит ничего кругом,
а если видит,
если слышит,
то все же пишет о другом,
не думая,
а что же значит,
что за стеною кто-то плачет.
Как я завидую ему,
его уму,
его отваге,
его перу,
его бумаге, чернильнице,
карандашу!
А я так медленно пишу,
как ношу трудную ношу,
как землю черную пашу,
как в стекла зимние дышу -
дышу, дышу
и вдруг
оттаиваю круг.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
