Со времён царей людишки
не за пазухой, как мышки,
уподобясь святотатцу,
возле Бога копошатся.
Потянулась Русь святая,
ноги свесила, болтая.
На печи сидит старушка,
и поёт под нос частушки.
Отягчающий сей фактор -
склонность набожных к терактам.
Сунул поп в розетку пальцы,
оторвало старцу яйца.
Попадья с потухшей свечкой
подскользнулась на крылечке, -
не заметила страдальца
и оторванные яйца.
Из Байкала после водки
мужики вливали в глотку.
Взяв китайцы по стакану,
осушили дно Байкала.
День прекрасный, но морозный,
топоры рубили сосны.
Сук оттяпали у ели,
на котором мы сидели.
Заправляя утром койку,
Вова спрашивает Шойгу:
"Тополей имея с гаком,
НАТО мы поставим раком?".
Отвечает бодро Шойгу:
"Мы ракет имеем стольку,
хватит их не тольку НАТУ,
но и турку вдуть, как брату.
Я не ШОйгу, а ШойгУ.
Ты запомнить не могу?".
День-деньской под барабаны
турки точат ятаганы.
Крым турецким был когда-то,
но теперь он наш, ребята.
Сабли точат янычары,
знать давно не получали.
И в Одессах хОчут тоже
поиметь таки по роже.
В Петербурге речка Мойка
засмердела, как помойка.
Кровь у речки холодела, -
мылись в Мойке части тела.
Ноги плавали и руки,
их один мужик от скуки
вопреки мирским соблазнам
отрубал девицам разным.
Шендерович, рядом Быков
говорят, что шиты лыком,
русские и наши в доску,
а евреи понарошку.
Говорят, - они владыки,
Шендерович, рядом Быков,
русских душ и их умами
не по папе, а по маме.
Осень. Оголенность тополей
раздвигает коридор аллей
в нашем не-именьи. Ставни бьются
друг о друга. Туч невпроворот,
солнце забуксует. У ворот
лужа, как расколотое блюдце.
Спинка стула, платьица без плеч.
Ни тебя в них больше не облечь,
ни сестер, раздавшихся за лето.
Пальцы со следами до-ре-ми.
В бельэтаже хлопают дверьми,
будто бы палят из пистолета.
И моя над бронзовым узлом
пятерня, как посуху - веслом.
"Запираем" - кличут - "Запираем!"
Не рыдай, что будущего нет.
Это - тоже в перечне примет
места, именуемого Раем.
Запрягай же, жизнь моя сестра,
в бричку яблонь серую. Пора!
По проселкам, перелескам, гатям,
за семь верст некрашеных и вод,
к станции, туда, где небосвод
заколочен досками, покатим.
Ну, пошел же! Шляпу придержи
да под хвост не опускай вожжи.
Эх, целуйся, сталкивайся лбами!
То не в церковь белую к венцу -
прямо к света нашего концу,
точно в рощу вместе за грибами.
октябрь 1969, Коктебель
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
