Вышла антология про сады и бабочки с моими текстам
В антологии 514 страниц, цвет, твердая обложка, питерское издательство "Алетейя".Три века, более 300 авторов. И среди них - Владимир Монахов из Братск-рая
Первого января поэт Юрий Беликов из Перми написал: «С Новым годом, Володя! 2022-й - год Садов и бабочек. Уж так получилось, что в декабре вышла моя многолетняя антология "Сады и бабочки", у которой - подзаголовок "Антология помнящих об утраченном Рае".
Антология "Сады и бабочки" вбирает в себя стихи XIX, XX и начала XXI века. И состоит из двух соответствующих разделов — "Сады" и "Бабочки", где авторы представлены одним, но, с точки зрения составителя, избранным или необходимым в данном историческом контексте стихотворением, каждое из которых датировано. Идейно-эстетический замысел подкреплен задачей хронологической — проследить во временной протяженности развитие заявленной темы. Открывает антологию стихотворение Федора Тютчева "Как сладко дремлет сад темно-зеленый". Антологии предшествует диалог двух пристрастных поэтов-единомышленников — ее составителя Юрия Беликова и Лидии Григорьевой, посвятившей теме сада многие годы и книги. Ее личный опыт возделывания сада в Лондоне и фотонаблюдения за ним — попытка восполнить фантомную боль "помнящих об утраченном Рае". Завершает книгу напутствие Евгения Евтушенко, на пороге его собственного ухода горячо поприветствовавшего рождение будущей антологии.
Владимир Монахов
ПОЛЬЗА
И я пригодился в жуткую жару,
Защитив кусочек земли тенью.
В ней спаслись несколько
Муравьев и бабочка,
Которую муравьи убили
На моих глазах.
1993
***
..и когда начнет
рушиться весь мир,
а люди будут спасать
только своих детей,
прижимая их к сердцу...
Все равно
хоть один человек
станет заботиться
о бабочках...
Над желтизной правительственных зданий
Кружилась долго мутная метель,
И правовед опять садится в сани,
Широким жестом запахнув шинель.
Зимуют пароходы. На припеке
Зажглось каюты толстое стекло.
Чудовищна, как броненосец в доке, —
Россия отдыхает тяжело.
А над Невой — посольства полумира,
Адмиралтейство, солнце, тишина!
И государства жесткая порфира,
Как власяница грубая, бедна.
Тяжка обуза северного сноба —
Онегина старинная тоска;
На площади Сената — вал сугроба,
Дымок костра и холодок штыка...
Черпали воду ялики, и чайки
Морские посещали склад пеньки,
Где, продавая сбитень или сайки,
Лишь оперные бродят мужики.
Летит в туман моторов вереница;
Самолюбивый, скромный пешеход —
Чудак Евгений — бедности стыдится,
Бензин вдыхает и судьбу клянет!
Январь 1913, 1927
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
