Знаешь, с каждым моим сообщением тебе в телеграм
я посылаю ангела, выжившего в пожаре при Нотр-Дам.
Он даже летит, как значок телеграма —
согнутый пополам,
лицом ко мне, а крылом — к тебе,
маленький бумажный самолётик в туманном небе.
И когда внизу невозможно от запаха гари стоять на ногах и дышать,
я начинаю вверх по ступеням бежать.
Достигая предпоследнего этажа,
на ступенях которого вездесущая сажа,
кидаю быстрый взгляд за окно — ах ты, боже мой, снег —
укрывает ряд скоростных телег,
тянется вдоль тротуара цепочка прямоугольных сугробов,
как цепочка пластиковых белых гробов
в ночь на Новый год при Пер-Лашез.
Да, мракобес, такой подарок небес.
Неопознанные, согнутые пополам тела.
Я бы так умереть не смогла.
Сколько раз я не так умирала,
для одного — много, для двоих — мало.
Но усилие — и этаж последний.
Здесь ещё не ад, но уже ледник.
И, как ни странно, на снегу, укрывающем домовины,
почерневшие ангелы справляют наши с тобой именины.
А я пишу на простом бумажном конверте —
Libera me, Domine,
освободи меня от вечной через него смерти.
В парке отдыха, в парке
за деревьями светел закат.
Сёстры «больно» и «жалко».
Это, вырвать из рук норовят
кока-колу с хот-догом,
чипсы с гамбургером. Итак,
все мы ходим под Богом,
кто вразвалочку, кто кое-как
шкандыбает. Подайте,
поднесите ладони к губам.
Вот за то и подайте,
что они не подали бы вам.
Тихо, только губами,
сильно путаясь, «Refugee blues»
повторяю. С годами
я добрей, ибо смерти боюсь.
Повторяю: добрее
я с годами и смерти боюсь.
Я пройду по аллее
до конца, а потом оглянусь.
Пусть осины, берёзы,
это небо и этот закат
расплывутся сквозь слёзы
и уже не сплывутся назад.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
