***
Не зайчик, но свободное пятно,
овал в стеклянных траурных плерезах —
так солнце через зимнее окно
ложится на дверное полотно
в подпалинах и стянутых порезах.
Так лопается дерево по шву,
как плюшевый усталый медвежонок,
как мне казалось, я его зову,
но я молчу, и падает ребёнок,
споткнувшись о невидимую нить,
и мне себя вовек не извинить.
День поднимает голову, и, громок,
собой заполоняет дом пустой,
и я, его единственный поломок,
наследую пожизненный постой.
Мы к осени пить перестанем,
Освоим гражданскую речь,
И мебель в домах переставим,
Чтоб не было места прилечь.
Над табором галок картавых
Синайская злая гроза,
Но рыбы в подводных кварталах
Закрыть не умеют глаза.
Взлетает оленья приманка
В рассеянный свет неживой,
А сердце на грани припадка
В упряжке любви гужевой.
Пространство сгущается к ночи,
Лежит на ветвях, как слюда.
Но рыб негасимые очи
Глядят из девонского льда,
Как времени грубые звенья
Наощупь срастаются в век.
А мы не имеем забвенья,
Стеная у медленных рек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
