И снова грохот слышится - обстрел!
Без окон дом соседний - обгорел!
Детей послали - дали автомат,
- Убей - сказали, ты теперь - солдат!
Стреляй, неважно, в женщин, стариков,
Ты их спасёшь от рабства и оков!
Там, среди них твой друг, а может брат?
Забудь, там враг, а ты теперь солдат!
Война. Летят ракеты в города,
Летят в ответ. Одна на всех беда.
Гробы, гробы и ужас матерей
А кто ответит? Жернова смертей...
За что пошёл войной на брата брат?
Как в 41 слышится набат,
Не будет победителей в войне,
А только боль и смерть вдвойне. Втройне.
Договорятся. Что нибудь решат.
А маме скажут: - он же был солдат!
Подушка, свитер, фото на стене.
А сын остался на чужой войне.
Когда погребают эпоху,
Надгробный псалом не звучит,
Крапиве, чертополоху
Украсить ее предстоит.
И только могильщики лихо
Работают. Дело не ждет!
И тихо, так, господи, тихо,
Что слышно, как время идет.
А после она выплывает,
Как труп на весенней реке, —
Но матери сын не узнает,
И внук отвернется в тоске.
И клонятся головы ниже,
Как маятник, ходит луна.
Так вот — над погибшим Парижем
Такая теперь тишина.
5 августа 1940,
Шереметевский Дом
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
