Страх вылезает изо всех щелей,
Скопились люди в стареньком подвале,
Под грохот - слёзы маленьких детей,
Чье детство мимолётно растоптали.
Скажи, за что меня убить хотят?
Ладошкой маму трогает сынишка,
Морщинка, и глубокий, взрослый взгляд,
Я думал, так бывает только в книжках.
И что сказать? - Не бойся, мой малыш,
Мы выживем, и папа будет рядом,
Давай, водички выпьешь и поспишь,
А он не верит. Смотрит взрослым взглядом.
“О-да-се-вич?” — переспросил привратник
и, сверившись с компьютером, повёл,
чуть шевеля губами при подсчёте
рядов и мест.
Мы принесли — фиалки не фиалки —
незнамо что в пластмассовом горшке
и тихо водрузили это дело
на типовую серую плиту.
Был зимний вполнакала день.
На взгляд туриста, неправдоподобно-
обыденный: кладбище как кладбище
и улица как улица, в придачу —
бензоколонка.
Вот и хорошо.
Покойся здесь, пусть стороной пройдут
обещанный наукою потоп,
ислама вал и происки отчизны —
охотницы до пышных эксгумаций.
Жил беженец и умер. И теперь
сидит в теньке и мокрыми глазами
следит за выкрутасами кота,
который в силу новых обстоятельств
опасности уже не представляет
для воробьёв и ласточек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
