По кирпичной лестнице в розовый закат,
Если кто не спрятался - я не виноват.
Будет небо чёрное, как цыганий глаз,
Если кто не спрятался - не спасти мне вас.
Я считал две тысячи по сто тысяч раз,
Собирал в охапку и лично прятал вас.
Что же вы не скрылися, сукины сыны?
В том что происходит здесь нет моей вины.
Думали что сбудется, всё смотрели ввысь,
Что же вы, родимые, не убереглись,
Что же вы не спрятались где шалфея шёлк?
Я бы не смотрел туда, я б вас не нашёл.
А теперь, как водится, все пути назад,
Я и сам не спрятался, видно виноват.
Бросьте в меня камушек - в масть виновных бить.
Завтра будет весело, снова мне водить.
Нас тихо сживает со света
и ласково сводит с ума
покладистых - музыка эта,
строптивых - музыка сама.
Ну чем, как не этим, в Париже
заняться - сгореть изнутри?
Цыганское "по-го-во-ри-же"
вот так по слогам повтори.
И произнесённое трижды
на север, на ветер, навзрыд -
оно не обманет. Поди ж ты,
горит. Как солома горит!
Поехали, сено-солома,
листва на бульварном кольце...
И запахом мяса сырого
дымок отзовётся в конце.
А музыка ахнет гитаркой,
пускаясь наперегонки,
слабея и делаясь яркой,
как в поле ночном огоньки.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.