Дорога в завтра — блокпостами скалится.
И с каждым тяжким выдохом и вдохом
моей земли, обманутой страдалицы, —
уходит в прошлое прекрасная эпоха.
Весна. Война. Мы живы днём сегодняшним.
Так близко смерть ещё не подступала.
Калибры, точки "У" — хрен разберёшься ты,
когда потом выходишь из подвала.
И каждый взрыв — "Ой, мамочки!" и крестишься.
Валокордин. Заснуть бы, а не можешь.
От новостей и сводок чуть не тлеешь вся,
находишь лоскутки, кусочки кожи
и куклу шьёшь, зовёшь её Надеждою.
В цветочек платье, кружевной передник.
Она такая тёплая и нежная,
ей долго жить и умереть последней.
Умирает владелец, но вещи его остаются,
Нет им дела, вещам, до чужой, человечьей беды.
В час кончины твоей даже чашки на полках не бьются
И не тают, как льдинки, сверкающих рюмок ряды.
Может быть, для вещей и не стоит излишне стараться, -
Так покорно другим подставляют себя зеркала,
И толпою зевак равнодушные стулья толпятся,
И не дрогнут, не скрипнут гранёные ноги стола.
Оттого, что тебя почему-то не станет на свете,
Электрический счётчик не завертится наоборот,
Не умрёт телефон, не засветится плёнка в кассете,
Холодильник, рыдая, за гробом твоим не пойдёт.
Будь владыкою их, не отдай им себя на закланье,
Будь всегда справедливым, бесстрастным хозяином их:
Тот, кто жил для вещей, - всё теряет с последним дыханьем,
Тот, кто жил для людей, - после смерти живёт средь живых.
1957
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
