Зло обжигает губы солнце, присох ошпаренный плевок, мы не в тылу - торчим на "фронте"!
И вот нас согревает стронций, течет по жилам ртутный "сок", утробный обморок - пардоньте...
Мир наизнанку перекроен, зловонный пот гниющих "гильз" перемешался с грязью мыслей.
Не каждый жить, увы, достоин, и бесполезен злобный визг - лакают "псы" прогорклый виски.
От ливней веки тяжелеют, швыряет в пропасть небосвод сонм чувств, промокших на причале.
Быть может, прошлое жалея, природы изменили код, но дни отчаянно молчали...
Как утопительна природа, где боль сочится между фраз, беспомощна, как реверансы.
Вновь попирается свобода, упавших капель грустный джаз и судеб, вклеенных в пасьянсы.
Мы не молили о прощеньи, уста не целовали крест и плыли по теченью нежно,
Где страхи, стоны, наважденье, раскаты грома, молний блеск, и шепот тающей надежды...
Мы облекались вновь в мечтанья, но не прощаясь навсегда, и в облака перерождаясь,
Кричали сверху: - До свиданья! - без нас погасшим городам, от снов земных не отрешаясь!
23/08/2021
Казалось, внутри поперхнётся вот-вот
и так ОТК проскочивший завод,
но ангел стоял над моей головой.
И я оставался живой.
На тысячу ватт замыкало ампер,
но ангельский голос не то чтобы пел,
не то чтоб молился, но в тёмный провал
на воздух по имени звал.
Всё золото Праги и весь чуингам
Манхэттена бросить к прекрасным ногам
я клялся, но ангел планиды моей
как друг отсоветовал ей.
И ноги поджал к подбородку зверёк,
как требовал знающий вдоль-поперёк-
«за так пожалей и о клятвах забудь».
И оберег бился о грудь.
И здесь, в январе, отрицающем год
минувший, не вспомнить на стуле колгот,
бутылки за шкафом, еды на полу,
мочала, прости, на колу.
Зажги сигаретку да пепел стряхни,
по средам кино, по субботам стряпни,
упрёка, зачем так набрался вчера,
прощенья, и etc. -
не будет. И ангел, стараясь развлечь,
заводит шарманку про русскую речь,
вот это, мол, вещь. И приносит стило.
И пыль обдувает с него.
Ты дым выдыхаешь-вдыхаешь, губя
некрепкую плоть, а как спросят тебя
насмешник Мефодий и умник Кирилл:
«И много же ты накурил?»
И мене и текел всему упарсин.
И стрелочник Иов допёк, упросил,
чтоб вашему брату в потёмках шептать
«вернётся, вернётся опять».
На чудо положимся, бросим чудить,
как дети, каракули сядем чертить.
Глядишь, из прилежных кружков и штрихов
проглянет изнанка стихов.
Глядишь, заработает в горле кадык,
начнёт к языку подбираться впритык.
А рот, разлепившийся на две губы,
прощенья просить у судьбы...
1993
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
