Сквозь абажур листвы на землю падал свет.
И пахло сыростью промокшей древесины.
Ольха дышала горько, сладостью осина,
А ель вносила в запах скипидарный след.
Сам по себе жил лес. Отдельно от всего.
Словно со дна глядишь, как тихо плещут листья.
И слышно пение лесного вокалиста,
Хоть там вверху не видно никого.
Быть может, вдруг вспорхнёт нежданно птица
И вновь нырнет туда, где ветви погустей.
Лес храм и театр для своих гостей.
Пойдите в лес, чтоб в этом убедиться.
Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
Между выцветших линий
на асфальт упаду.
И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
- До свиданья, дружок.
И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой -
словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед.
1962
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
