Уходя из дома.. или На смерть Королевы Елизаветы II
Уходя из дома для встречи с подругой, я нечаянно взглянула в окно.
Замерла.
По бледному дымному небу плыли два лиловых дракона.
Один из них, что побольше,
догонял постепенно другого,
открывая зубастую пасть.
И представилось мне, будто где-то играет огромный ребёнок:
дует
и
выдувает
из облачных пенных субстанций
фигуры своих фантазий.
Я не вижу его, ибо он - великан.
Так в песочнице муравьишко не может увидеть ребёнка,
тревожащего песок,
но видит, но чует движение
песчаных причудливых дюн.
А большой дракон, между тем, ухватил беглеца за хвост
и, сцепившись, они полетели -
быстрее.
Скрылись за рамой окна.
Я вышла и дверь заперла.
Я сползла по ступенькам наружу.
Небо накрыло меня.
- Привет, извини, опоздала -
И мы побрели по асфальту к бетонному белому кубу
за припасом питья и пищи.
Небо нас покрывало.
- Подруга, ау, ау! Ты в каких облаках витаешь? Слышала, что сказала? -
- Да слышу я, слышу. Ы.. английская королева, как-то, однажды в жизни выпила чай из блюдца. И..? -
- И всё -
- Господи, воля твоя -
Т. Зимина, прелестное дитя.
Мать – инженер, а батюшка – учетчик.
Я, впрочем, их не видел никогда.
Была невпечатлительна. Хотя
на ней женился пограничный летчик.
Но это было после. А беда
с ней раньше приключилась. У нее
был родственник. Какой-то из райкома.
С машиною. А предки жили врозь.
У них там было, видимо, свое.
Машина – это было незнакомо.
Ну, с этого там все и началось.
Она переживала. Но потом
дела пошли как будто на поправку.
Вдали маячил сумрачный грузин.
Но вдруг он угодил в казенный дом.
Она же – отдала себя прилавку
в большой галантерейный магазин.
Белье, одеколоны, полотно
– ей нравилась вся эта атмосфера,
секреты и поклонники подруг.
Прохожие таращатся в окно.
Вдали – Дом Офицеров. Офицеры,
как птицы, с массой пуговиц, вокруг.
Тот летчик, возвратившись из небес,
приветствовал ее за миловидность.
Он сделал из шампанского салют.
Замужество. Однако в ВВС
ужасно уважается невинность,
возводится в какой-то абсолют.
И этот род схоластики виной
тому, что она чуть не утопилась.
Нашла уж мост, но грянула зима.
Канал покрылся коркой ледяной.
И вновь она к прилавку торопилась.
Ресницы опушила бахрома.
На пепельные волосы струит
сияние неоновая люстра.
Весна – и у распахнутых дверей
поток из покупателей бурлит.
Она стоит и в сумрачное русло
глядит из-за белья, как Лорелей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
