Ветер ломает крылья
иссиня-сизой зари,
дует в глубокие брыли,
морщит кожей рубли.
Держишь помятые знаки,
ждёшь, когда время Ч
вольёт алкоголь в Исаакий,
и станешь весёлым вааще…
взлетишь кистепёрой рыбой
над ужасом синей тоски
и будешь талантливой глыбой
сильнее и выше трески
лететь и играть вдохновенно
марш козлоногих сатир...
Ах, бренно, всё старо и бренно,
и льётся в одно —
в сортир.
Но рыбам не писан сценарий
на суше из синей икры,
время — мой серпентарий,
тело — мой бригадир.
Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существованье для тебя.
...В который раз на старом пустыре
я запускаю в проволочный космос
свой медный грош, увенчанный гербом,
в отчаянной попытке возвеличить
момент соединения... Увы,
тому, кто не умеет заменить
собой весь мир, обычно остается
крутить щербатый телефонный диск,
как стол на спиритическом сеансе,
покуда призрак не ответит эхом
последним воплям зуммера в ночи.
1969
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
