Ветер ломает крылья
иссиня-сизой зари,
дует в глубокие брыли,
морщит кожей рубли.
Держишь помятые знаки,
ждёшь, когда время Ч
вольёт алкоголь в Исаакий,
и станешь весёлым вааще…
взлетишь кистепёрой рыбой
над ужасом синей тоски
и будешь талантливой глыбой
сильнее и выше трески
лететь и играть вдохновенно
марш козлоногих сатир...
Ах, бренно, всё старо и бренно,
и льётся в одно —
в сортир.
Но рыбам не писан сценарий
на суше из синей икры,
время — мой серпентарий,
тело — мой бригадир.
Мне не хватает нежности в стихах,
а я хочу, чтоб получалась нежность —
как неизбежность или как небрежность,
и я тебя целую впопыхах,
о муза бестолковая моя!
Ты, отворачиваясь, прячешь слезы,
а я реву от этой жалкой прозы
лица не пряча, сердца не тая.
Пацанка, я к щеке твоей прилип —
как старики, как ангелы, как дети,
мы станем жить одни на целом свете.
Ты всхлипываешь, я рифмую «всхлип».
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
