И эта оттепель, как отмель.
Снег серебристый тихо тает.
А кажется, что в подворотне
Морские звезды погибают,
Как на открывшихся камнях.
И будет чайкам тощим счастье.
Ветра их криком рвут на части
Дельфинов и еще меня.
Ах, почему нельзя, чтоб снег,
Пушистый, невообразимый,
Лежал и шел еще всю зиму.
Вот так, от альф и до омег.
От ноября почти до марта.
Зимой тепло почти не нужно.
А тут в костюме из жаккарда
Январь почти не любит стужу.
И зябнут липы, как сиротки.
И город сер, как из базальта.
Скребутся звонко санки-лодки
По зачерствевшему асфальту.
И в чувствах грусти и досад,
Что на снежки не сбылись планы,
Везут их мелких капитанов
В такой же скучный детский сад.
Мы целовались тут пять лет назад,
и пялился какой-то азиат
на нас с тобой — целующихся — тупо
и похотливо, что поделать — хам!
Прожекторы ночного дискоклуба
гуляли по зеленым облакам.
Тогда мне было восемнадцать лет,
я пьяный был, я нес изящный бред,
на фоне безупречного заката
шатался — полыхали облака —
и материл придурка азиата,
сжав кулаки в карманах пиджака.
Где ты, где азиат, где тот пиджак?
Но верю, на горе засвищет рак,
и заново былое повторится.
Я, детка, обниму тебя, и вот,
прожекторы осветят наши лица.
И снова: что ты смотришь, идиот?
А ты опять же преградишь мне путь,
ты закричишь, ты кинешься на грудь,
ты привезешь меня в свою общагу.
Смахнешь рукою крошки со стола.
Я выпью и на пять минут прилягу,
потом проснусь: ан жизнь моя прошла.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
