Здоровый сон, стабильный аппетит,
Ан за грудиной нет, да и саднит.
Проснись, простри глаза и упростись.
Развенчан и развеян в высь вглядись
Как пыль, как здесь, как будущая мысль.
Не царь, не зверь, не чародей,
Не рандомайзер облачных нулей,
Не соль, не ядъ, не БОМЖ, не бич,
Не божья дудка, не первокирпич,
Не луч во тьме, не тьма, не сумма, не спираль,
Не в спешке позабытая деталь
Разборки-сборки Млечного пути,
Но путник яко человек.
Иди уже. Гряди...
Меня любила врач-нарколог,
Звала к отбою в кабинет.
И фельдшер, синий от наколок,
Во всем держал со мной совет.
Я был работником таланта
С простой гитарой на ремне.
Моя девятая палата
Души не чаяла во мне.
Хоть был я вовсе не политик,
Меня считали головой
И прогрессивный паралитик,
И параноик бытовой.
И самый дохлый кататоник
Вставал по слову моему,
Когда, присев на подоконник,
Я заводил про Колыму.
Мне странный свет оттуда льется:
Февральский снег на языке,
Провал московского колодца,
Халат, и двери на замке.
Студенты, дворники, крестьяне,
Ребята нашего двора
Приказывали: "Пой, Бояне!" –
И я старался на ура.
Мне сестры спирта наливали
И целовали без стыда.
Моих соседей обмывали
И увозили навсегда.
А звезды осени неблизкой
Летели с облачных подвод
Над той больницею люблинской,
Где я лечился целый год.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
