А весне все опять нипочем.
Из снегов вылетает жар-птицей.
Я хочу стать усталым грачом,
Чтоб узнать, как домой возвратиться.
Пролетев эти версты с трудом
В тесной, липнувшей к крыльям мгле,
Осознать, что весна и дом –
Лучшее, что есть на Земле.
Обратиться на час журавлем
Да успеть прилететь на рассвете:
Еще тлеет восток фитилем,
Ты кричишь и несет радость ветер,
Что ты есть, что ты здесь,
Снова здравствуй!
Ты ждала, ты так рада мне!
И тебя нет милей и прекрасней
На такой необъятной Земле…
Есть у грусти земля такая,
Какой нет на условностях карт.
И лежит она прямо до мая
И начало ее каждый март.
Необычное дивное время,
Когда тянет душа не на море,
А, как Кука в индейское племя,
Просто за город, просто в поле.
Его запаха очень хочется.
Он течет и лучом и ручьем.
И не знает весна одиночества.
И весне все опять нипочем.
Я в ее хромосомы втиснусь.
Я сейчас сознаю каждой клеткой -
Среди этой растущей жизни
Ты живешь на Земле слишком редко.
Декабрь морозит в небе розовом,
нетопленый чернеет дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
И ждём чего? Самим известно ли?
Какой спасительной руки?
Уж вспухнувшие пальцы треснули,
и развалились башмаки.
Уже не говорят о Врангеле,
тупые протекают дни.
На златокованом архангеле
лишь млеют сладостно огни.
Пошли нам долгое терпение,
и лёгкий дух, и крепкий сон,
и милых книг святое чтение,
и неизменный небосклон.
Но если ангел скорбно склонится,
заплакав: «Это навсегда»,
пусть упадёт, как беззаконница,
меня водившая звезда.
Нет, только в ссылке, только в ссылке мы,
о, бедная моя любовь.
Лучами нежными, не пылкими,
родная согревает кровь,
окрашивает губы розовым,
не холоден минутный дом.
И мы, как Меншиков в Берёзове,
читаем Библию и ждём.
1920
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
