от больных горячкою батарей
с головой укутаться в снегопад
вдоль дороги призраки фонарей
оживать натасканных на закат
***
ветру волю к «подвигам» не украсть
легче в лес попробовать заманить
или в поле чистое чтобы всласть
жажду отрешенности утолить
***
страсти по ушедшему - удалось
прогулять под занавес февраля
если время отдыхом назвалось
пусть теперь работает на меня
от больных горячкой батарей
с головой уткнуться в снегопад
вдоль дороги призрак фонарей
оживать натаскан на закат
***
веру ветра в «подвиг» не украсть
легче в лес попробовать сманить
или в чисто поле чтобы всласть
жажду отрешённости испить
***
страсти по ушедшему - мираж
погулял под занавес февраль
Отдыхать от жизни - это блажь,
Вперемешку глупость, кровь и сталь!
Боже мой, ну Вы и загнули) зачем кровь? Мы мирные люди)
Мне прислали вчера еще что-то вроде породив, а как по мне, так вполне себе самостоятельный стих.
Пулей за окном пролетел октябрь,
Ночью у гитары поют лады,
Не мечтал об отдыхе — так хотя б
Буйным ветром голову охладить.
Пой лихую молодость из горла,
Всё, что нам досталось — идти с сумой,
Прогулять под занавес февраля
Всё, что было нажито той зимой.
А душа натаскана на весну,
Хочешь — волкой вой, хочешь — пей закат,
Я свои долги не тебе верну —
Встречным-поперечным отдам за так.
В тишине аккордами душу рви —
Там, устав от праздничных эскапад,
Вдоль дороги мёртвые фонари
«Что -то вроде пародии» конечно, за суфлёром глаз да глаз нужен.
Февраль ушёл, прощальный снегопад,
Шагает март по вскрытым коркой лужам,
Ласкает ветер жалом эскапад,
А ты твердишь, что я тебе не нужен.
Растает всё, прелестница весна
Расплавит лёд обид, терзаний зыбких,
А я скажу: - Ты очень мне нужна,
Ты прорастёшь прощающей улыбкой.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.