Моя добрая Пегги была проста как текила,
Если видела пастора, всегда ему говорила:
- Я чиста и невинна, мистер Квиллинг.
- О как это мило, вот тебе шиллинг.
И она, заливаясь румянцем, мне шептала украдкой:
- Проводи меня в лес, там я сяду рогаткой,
Раскину ноги под деревом, помолившись Богу,
А ты прячься в кустах, жди единорога.
Ты же знаешь, единороги народ любопытный,
Чуя девственницу сразу к ней бросают копыта,
Перепрыгивают моря и горы, не говоря гоп,
Мчатся, скрыты травой высокой, виден лишь рог-перископ -
Тут уж ты не теряйся и хватай его за фаркоп.
Мы долго шли по тропинке, туда где корявая пихта,
Там Пегги села рогаткой и дальше вела себя тихо.
Я был терзаем сомнением, но вдруг пришло озарение:
А вдруг он использует рог не совсем по предназначению?
Знаем мы этих коней на девственниц падких...
И я подошёл к Пегги близко, сказал что душе моей гадко.
Но Пегги не отвечала, зачем-то смотрела в небо,
Стонала, как будто больно, дышала, как после бега -
Наверное захворала, как раз когда день иссяк.
Хотел было ей помочь, но что-то пошло не так...
А после сверчки, цикады визжали и ухал филин,
Лишь я и Пегги молчали, и звёздноё небо пили.
Я думал, что будут слёзы и буду я проклинаем,
Но Пегги лишь улыбалась: " Теперь уже не поймаем..."
Фонтан в пустынном сквере будет сух,
и будет виться тополиный пух,
а пыльный тополь будет неподвижен.
И будет на углу продажа вишен,
торговля квасом
и размен монет.
К полудню
на киоске «Пиво — воды»
появится табличка «Пива нет»,
и продавщица,
мучась от зевоты,
закроет дверь киоска на засов.
Тут стрелка электрических часов
покажет час,
и сразу полвторого,
и резко остановится на двух.
И все вокруг замрет,
оцепенеет,
и будет четок тополиный пух,
как снег на полотне монументальном.
И как на фотоснимке моментальном,
недвижно будет женщина стоять
и, тоненький мизинец оттопырив,
держать у самых губ стакан воды
с застывшими
недвижно
пузырьками.
И так же
за табачными ларьками
недвижна будет очередь к пивной.
Но тут ударит ливень проливной,
и улица мгновенно опустеет,
и женщина упрячется в подъезд,
где очень скоро ждать ей надоест,
и, босоножки от воды спасая,
она помчит по улице
босая,
и это будет главный эпизод,
где женщина бежит,
и босоножки
у ней в руках,
и лужи в пузырьках,
и вся она от ливня золотится.
Но так же резко ливень прекратится,
и побежит по улице толпа,
и тополя засветится вершина
и в сквере заработает фонтан,
проедет поливальная машина,
в окно киоска будет солнце бить,
и пес из лужи будет воду пить.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
