Они были рыжими как лисицы -
Мама, младшая сестра Лида и Таня
/Сама себя она называла Татья/.
Таня до пятнадцати лет носила
Странное нарядное платье,
Любила построить из песка ракету,
То ли корыто -
Были глаза её словно небо,
А губы полуоткрыты.
И когда они в парке гуляли втроем,
Как гуляют по лесу рыжие лисы,
Таня могла внезапно присесть
Чтобы пописать.
И тогда мама и младшая сестра Лида
Закрывали Таню собой -
Было не видно.
Я проживал по соседству с Таней
Своё восьмое лето
И на его исходе я стал Ромео,
А Таня стала Джульетта.
Она подходила ко мне, улыбалась -
Она всегда улыбалась мне в это лето -
И шептала: "Счастье, Татья..."
И в ответ я то ли мычал,
То ли в небо пытался взлетать я -
Синее, как глаза Тани,
Рыжее, как её волосы.
У жизни бывают чёрные полосы
В одну из них ко мне подошёл мой
Лучший друг Гриша Апельянц:
- Брат, это хуцпа и мезальянс
Таня, мало того что дурёха,
Она ещё и старуха,
Её пятнадцать, а тебе восемь
исполнилось в это лето.
Может быть это любовь,
Но не к добру это.
Вот тебе из пластилина конфета,
Дай её Тане, а дальше всё будет путём,
Лёгкий абьюз и облом,
Скажешь ей прости, литрайот шолом...
Люблю я с тобой, дураком, поговорить -
Можешь не благодарить.
Таня ела эту чёртову конфету и улыбалась мне -
Она всегда улыбалась мне в это лето.
Она глотала мерзкий пластилин и улыбалась мне -
Она всегда улыбалась мне.
Из её глаз текли слёзы, но она улыбалась мне -
Она так улыбалась только мне,
Больше никому.
Много лет прошло с тех пор,
Я видел свет и тьму.
Больше тьму - так бывает у сов
И у тех, кто мало спит по ночам,
А если спит, то видит один и тот же сон,
В котором мальчик рядом с девочкой
На закате лета,
И во сне он кричит им:
- Возьми у него конфету, девочка моя,
И сьешь эту конфету.
Смелее, я уже рядом с тобой...
До восхода успели одеться,
За едой второпях рассвело.
На крыльцо выносили Младенца,
Подавали Марии в седло.
И шагнул за ворота Иосиф,
Мимолетного взгляда не бросив
На глухое спросонок село.
Петухи отгорланили зорю,
Гарнизону вручили приказ.
И вошли в обреченную зону,
Облеченные сталью кирас.
Вифлеем пробуждался дворами,
И привычно младенцы орали,
Как и в прежние годы не раз.
Поначалу входили, робея,
Ковыряли копьем как-нибудь.
И бросалась, рыча, Ниобея,
Словно рысь, на железную грудь.
И, обрызганы соком соленым,
По ребячьим мозгам несмышленым
Пролагали отчетливый путь
Виноградари царского сада,
Трудолюбием поражены.
А Иосиф семейное стадо
Уводил по тропе тишины,
По дороге, петляющей круто,
Предъявляя агентам "Сохнута"
Долгожданную визу Жены.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
