Ты куришь и смотришь в окно, за больничным окном пустырь,
Пара деревьев, правее в кустарнике – морг.
Ворох таблеток и ампул на тумбе, ещё – нашатырь,
На подоконнике хитрый какой-то прибор.
Ты куришь и смотришь… А там, за годами, из тьмы,
Всё чётче и чётче, когда опускаются веки,
Виднеются контуры давней прошедшей зимы
И первой любви полноводные бурные реки.
Ты куришь и смотришь… И острая тупится боль.
И чудятся милой черты в завитушках сигарного дыма.
Неужто любовь – есть от жизни прошедшей пароль,
И от будущей жизни в крылах твоего херувима?!
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
