что там за Елисейскими полями
откуда отправляемся в полет,
где все что будет с нами- снами,
где солнце не заходит, не встает.
где неземных гармоний подпространство,
душ нерожденных трепетный восторг.
и ужас пред началом новых странствий,
и криков немота и замкнутый простор.
там где рождается все снова изначально,
где свет и тьма еще не рождены,
где все предрешено и все случайно,
безмолвья чистота и частота волны.
там за порогом бытия и славы,
где быть или не быть- одно,
там жажда жить грядущая отрава,
и воплотиться в плоть- вины вино.
там тишины таинственные узы
прорежет новый крик и новый век,
и пропоют в восторге музы:
как смел родиться смертный человек.
Времена не выбирают,
в них живут и умирают.
Большей пошлости на свете
нет, чем клянчить и пенять.
Будто можно те на эти,
как на рынке, поменять.
Что ни век, то век железный.
Но дымится сад чудесный,
блещет тучка; я в пять лет
должен был от скарлатины
умереть, живи в невинный век,
в котором горя нет.
Ты себя в счастливцы прочишь,
а при Грозном жить не хочешь?
Не мечтаешь о чуме
флорентийской и проказе.
Хочешь ехать в первом классе,
а не в трюме, в полутьме?
Что ни век, то век железный.
Но дымится сад чудесный,
блещет тучка; обниму
век мой, рок мой на прощанье.
Время — это испытанье.
Не завидуй никому.
Крепко тесное объятье.
Время — кожа, а не платье.
Глубока его печать.
Словно с пальцев отпечатки,
с нас — его черты и складки,
приглядевшись, можно взять.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
