Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения которого он не может объяснить, лишается права писать и получает сто ударов розог
Eще сильны морозы,
Ветров лихих угрозы,
Но уж цветы мимозы -
Лекарство ото сна,
Я чувствую дыханье,
Прозрачных луж сиянье,
Птиц райских щебетанье -
Идет, идет Она,
Как Неба избавленье,
Прекрасное виденье,
Восторг и вдохновенье -
Владычица Весна!
Надежду посылает,
И чувствует, и знает,
Как сердце расцветает
В предчувствии тепла,
И Небо к нам все ближе,
И Ангелов предвижу,
И Хор Небесный слышу,
Спускается светла
Любовь - дыханье Неба,
Глоток вина и хлеба,
И колесница Феба
Несет ее легка!
Любовь в ней - откровенье,
Небесное виденье,
От смерти избавленье,
Навечно! На века!
Еще сильны морозы...
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Выходим мы на улицу
(Как будто первые цветы -
На тонких ножках жмурятся,
Еще бесцветны и слабы)
И щуримся на яркий свет
С улыбкой слабою - тепло!
(Ах, наконец-то все прошло
И серый цвет ушел на нет)
Весна ликует и поет,
Деревья рады и кусты,
Лежит на травке рыжий кот
Мурлычет сам себе в усы.
Он выжить в холод зимний смог!
И в голод, в стужу - он живой!
И, растянувшись, греет бок,
И щурится, как мы с тобой.
Приветствую тебя, Весна!
Болезни прочь, хандра, застой!
Я за победу пью до дна
Весны над вражеской зимой!
________________________________6 марта 2024 г.
На фоне Афонского монастыря
потягивать кофе на жаркой веранде,
и не вопреки, и не благодаря,
и не по капризу и не по команде,
а так, заговаривая, говоря.
Куда повело... Не следить за собой.
Куда повело... Не подыскивать повод.
И тычется тучное (шмель или овод?),
украшено национальной резьбой,
создание и вылетает на холод.
Естественной лени живое тепло.
Истрёпанный номер журнала на пляже
Ты знаешь, что это такое. Число
ушедших на холод растёт, на чело
кладя отпечаток любви и пропажи,
и только они, и ещё кофейку.
И море, смотри, ни единой медузы.
За длинные ноги и чистые узы!
Нам каяться не в чем, отдай дураку
журнал, на кавказском базаре арбузы,
и те, по сравнению с ним на разрез —
белее крыла голодающей чайки.
Бессмысленна речь моя в противовес
глубоким речам записного всезнайки,
с Олимпа спорхнул он, я с дерева слез.
Я видел, укрывшись ветвями, тебя,
я слышал их шёпот и пение в кроне.
И долго молчал, погружённый в себя,
нам хватит борозд на господней ладони,
язык отпуская да сердце скрепя.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
