Поднеси на просвет и следуй,
Проникая по руслам вен,
По лучам ее сочленений,
По прожилкам живого листа,
Кристаллом застывшей снежинки.
Хрупким каркасом бабочки,
Упругим жестом крыла :
Где скрыта ее податливая,
Ответом чреватая суть?
Для кольца у нее безымянный.
Указующий, вслед за которым.
Вдвое сложены клювом птицы,
Чтоб удерживать кончик платка.
Втрое сшедшиеся смысла ради
Извлекая щепотку соли.
Сжаты крепко в кулак, пряча голову,
Наготове удар нанести.
Иногда же она протянута
Обнажая сакральные линии
Ради редкой нечаянной милости
Или крупных капель дождя.
Или тыльной вверх, для принятия
Поцелуя трепетной встречи.
Или вскинутая в приветном
И прощальном жесте печать.
Сколько чутких ролей ею сыграно -
Будучи кистью художника,
Ласковой, женской, гладящей
Или острой гневной пощечиной.
Всех инструментов касанием,
Звуками твердых аккордов.
Россыпью жестов и знаков,
Сонмом написанных строчек.
Вязью старинных ковров
И объятий гончарного дела.
Жадно зажатой медной копейкой,
Держащей спасательный трос.
И лежащей в покое, усталой ,
Ушедшей, достойной, ненужной
На поверхности белого савана
Ее друга, супруга, хозяина,
Некогда нечто познавшего,
Ее незаметным служением.
Вместе в нем - господин и раба.
Смертный гений и госпожа
Его рукотворной молитвы.
Все слова, что я знал, — я уже произнес.
Нечем крыть этот гроб-пуховик.
А душа сколько раз уходила вразнос,
столько раз возвращалась. Привык.
В общем. Царствие, брат, и Небесное, брат.
Причастись необманной любви.
Слышишь, вечную жизнь православный обряд
обещает? — на слове лови.
Слышишь, вечную память пропел-посулил
на три голоса хор в алтаре
тем, кто ночь продержался за свой инсулин
и смертельно устал на заре?
Потерпеть, до поры не накладывать рук,
не смежать лиловеющих век —
и широкие связи откроются вдруг,
на Ваганьковском свой человек.
В твердый цент переводишь свой ломаный грош,
а выходит — бессмысленный труд.
Ведь могильщики тоже не звери, чего ж,
понимают, по курсу берут.
Ты пришел по весне и уходишь весной,
ты в иных повстречаешь краях
и со строчной отца, и Отца с прописной.
Ты навеки застрял в сыновьях.
Вам не скучно втроем, и на гробе твоем,
чтобы в грех не вводить нищету,
обломаю гвоздики — известный прием.
И нечетную розу зачту.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
