Я, долгий отмеряя путь, остановился
И жадно расправляя грудь,
Вдохнул..
И жизни смысл потоком,
Слезой чистейшей -
Целый мне явился.
И я дышал тогда и я тонул.
И на пороге той весны познал впервые
Ветров ее китайский теплый шелк.
В меня взглянули очи голубые
И отворили небо. Я по небу шел
Парным домашним молоком напиться.
И чувствовал любовь и тосковал.
Миг откровенья вечность прорекал.
Но долее того он не продлился.
Я знал теперь - пора, готовы пелена.
И, как ныряют дети, - я родился....
Встречай меня, извечная весна!
Вот здесь я жил давным-давно - смотрел кино, пинал говно и пьяный выходил в окно. В окошко пьяный выходил, буровил, матом говорил и нравился себе и жил. Жил-был и нравился себе с окурком "БАМа" на губе.
И очень мне не по себе, с тех пор как превратился в дым, а также скрипом стал дверным, чекушкой, спрятанной за томом Пастернака - нет, не то.
Сиротством, жалостью, тоской, не музыкой, но музыкой, звездой полночного окна, отпавшей литерою "а", запавшей клавишею "б":
Оркестр играет н тру е - хоронят Петю, он де ил. Витюр хмуро р скурил окурок, ст рый ловел с, стоит и пл чет дядя Ст с. И те, кого я сочинил, плюс эти, кто вз пр вду жил, и этот двор, и этот дом летят н фоне голу ом, летят неведомо куд - кр сивые к к никогда.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
