Хорошо, когда штора плотна, а на улице свет,
и играют на этом натянутом кем-то холсте
очертания веток деревьев.
Палетка теней
от оставленных летом в балконной каюте обрывков
уходящего года,
как старых журналов подшивка,
застоялась на месте,
но тягостен этот флешбэк.
Осень тащит флешбеки.
И думает их человек.
За стаканом вина по субботам,
за будничным кофе.
А потом ему некогда.
По подоконнику кот
прогулялся и сел.
Штора вывела лапы и профиль.
Ты лежишь на кровати и смотришь, и смотришь на свет.
И полдня уже нет.
Ты его не проспал и не пропил.
Просто тёпл сентябрь и нежен его силуэт.
... косою полосой шафрановою от занавеси до дивана... А если пораскинуть, поэзия в сущности есть один сплошной флешбэк, мельтешенье очертаний, рябь теней, создающая настроение в точках пространства, тождественных времени года. По привычке угадывать ингредиенты коктейлей взболтаем, чуть выдержим и получим по сорок пять процентов Пастернака и Пруста. И десять процентов Стрижака.
Да, так и выходит). Копится, копится, перемешивается- и вот. Только стаканы разные)).
Я в своем не всегда это вижу, только вот так, с подсказкой. От этого еще интереснее
Просто тёпл сентябрь и нежен его силуэт...
:))
GUD!
Я ловлю каждый теплый день и продолжаю плавать в озере))
Это чудесно.
Красочная картинка, как будто окунулась в нее и все увидела своими глазами)) С днем рождения тебя, дорогая!
Спасибо, Ир!)
Поцелуй сентября и рябины неспелые грозди,
Тихий двор, жёлтый лист, пересушенных трав аромат,
На веранде кафе, собираются ранние гости,
И разносится гул оживлённых пчелиных глиссад.
Две минуты восьмого, так рано для утра субботы,
Делят завтрак на крыше, топорща загривки, коты,
Клён транжира бросает под ноги прохожих банкноты
Номиналами в десять, а может и сто золотых.
На подрамник сентябрь натянул уходящее лето
Пару клякс облаков подчеркнули небесный простор,
Осень к нам не спешит, заблудилась наверное где-то,
Яркий солнечный луч заблуждается в бархате штор.
Осень
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Эту книгу мне когда-то
В коридоре Госиздата
Подарил один поэт;
Книга порвана, измята,
И в живых поэта нет.
Говорили, что в обличьи
У поэта нечто птичье
И египетское есть;
Было нищее величье
И задерганная честь.
Как боялся он пространства
Коридоров! постоянства
Кредиторов! Он как дар
В диком приступе жеманства
Принимал свой гонорар.
Так елозит по экрану
С реверансами, как спьяну,
Старый клоун в котелке
И, как трезвый, прячет рану
Под жилеткой на пике.
Оперенный рифмой парной,
Кончен подвиг календарный,-
Добрый путь тебе, прощай!
Здравствуй, праздник гонорарный,
Черный белый каравай!
Гнутым словом забавлялся,
Птичьим клювом улыбался,
Встречных с лету брал в зажим,
Одиночества боялся
И стихи читал чужим.
Так и надо жить поэту.
Я и сам сную по свету,
Одиночества боюсь,
В сотый раз за книгу эту
В одиночестве берусь.
Там в стихах пейзажей мало,
Только бестолочь вокзала
И театра кутерьма,
Только люди как попало,
Рынок, очередь, тюрьма.
Жизнь, должно быть, наболтала,
Наплела судьба сама.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.