О, эта боль терзаний и сомнений,
Прибой морской от строгих ударений,
Стиха корвет причаливший у скал,
Облизанный и пафосный оскал
Сюжета - кальки глупой киноленты.
И юность, взятая у жизни под проценты,
В ней одноклассницы в подъезде поцелуй...
Эх, время, время… Этим не балуй!
Тащи меня упёртого за шкирку,
Укравшего не бублик даже – дырку,
Помедленней, ведь яма впереди,
Уснувшего так сладко на груди
У родины, которая нам мать,
Не смевшего их никому читать
Ни брату, ни девицам, ни друзьям,
Служа стихам покорно, как князьям,
Корявеньким, с копеечной тетрадки,
Написанным как будто в лихорадке…
Есть в растительной жизни поэта
Злополучный период, когда
Он дичится небесного света
И боится людского суда.
И со дна городского колодца,
Сизарям рассыпая пшено,
Он ужасною клятвой клянется
Расквитаться при случае, но,
Слава Богу, на дачной веранде,
Где жасмин до руки достает,
У припадочной скрипки Вивальди
Мы учились полету - и вот
Пустота высоту набирает,
И душа с высоты пустоты
Наземь падает и обмирает,
Но касаются локтя цветы...
Ничего-то мы толком не знаем,
Труса празднуем, горькую пьем,
От волнения спички ломаем
И посуду по слабости бьем,
Обязуемся резать без лести
Правду-матку как есть напрямик.
Но стихи не орудие мести,
А серебряной чести родник.
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
