"...дальше всё ещё быстрее: / впереди этаж последний, / пахнет пылью и больницей, / и тоской, и тищиной / там неярко светит лампа, / там стоит ведро и швабра, / танцовщицы сняли шали / и с лица стирают грим..." (с)
созвучно...
Промахнулась :-)
Да, Икки, очень созвучно, согласна :-)
придавая своим неспешным танцем жаркому воздуху нереальной призрачности. на скамьях первого ряда сидят клоун и
акробатка. представление окончено, но они не торопятся в гримерку смыть с себя грим показного веселья и пот заслуженных
апплодисментов. им нет нужды торопиться, прошел последний показ и завтра снова в путь. жизнь в дороге, жизнь на потеху
толпе....
смотря на песок арены, клоун мял в руках облезлый парик и вспоминал тоненькую юную акробатку, сорвавшуюся с каната,
подставленные руки и хруст ребер, шелковые перчатки и восторженные открывшиеся глаза, увидевшие перед собой
обеспокоенное лицо смазливого купчишки...
осторожно растирая распухшее колено и глядя в темнеющую высоту купола, акробатка видела лесную дорогу,
обступившие ухмыляющиеся фигуры с оружием в руках. упавшего в грязь клоуна, срубленного быстрым ударом дубины, липкие пальцы и вонь тел. сжатые зубы, вывихнутые в суставах связанные руки, сжимающие маленький нож и бессильные слезы в грязи, когда не осталось сил, но нужно тащить, потому что где-то за холмом живет знахарь...
клоун поднялся, оставив на песке свой парик, принес охапку соломы и разбросал ее между деревянных скамеек. акробатка зажгла керосиновую лампу, огляделась вокруг, словно прощаясь, и бросила лампу в ряды сидений...
вдоль берега реки шли, взявшись за руки, клоун и акробатка, за их спинами на половину ночного неба разлилось яркое зарево - горел город...
Ну как тебя не пожалеть?
Читал мои стихи...
Ведь мог бы умереть! :-)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Уж не за мной ли дело стало?
Не мне ль пробьет отбой? И с жизненной бразды
Не мне ль придется снесть шалаш мой и орало
И хладным сном заснуть до утренней звезды?
Пока живется нам, всё мним: еще когда-то
Нам отмежует смерть урочный наш рубеж;
Пусть смерть разит других, но наше место свято,
Но жизни нашей цвет еще богат и свеж.
За чудным призраком, который всё нас манит
И многое еще сулит нам впереди,
Бежим мы - и глаза надежда нам туманит,
И ненасытный пыл горит у нас в груди.
Но вот ударит час, час страшный пробужденья;
Прозревшие глаза луч истины язвит,
И призрак - где ж его и блеск, и обольщенья? -
Он, вдруг окостенев, как вкопанный стоит,
С закрытого лица подъемлет он забрало -
И видим мы не жизнь, а смерть перед собой.
Уж не за мной ли дело стало?
Теперь не мне ль пробьет отбой?
<1845>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.