Стиш сам по себе прекрасен. За исключением, быть может, последней строки про тела клеть, которая показалась инородной, корявенькой, соструганной наспех... Тут можно оценить и верещагинскую емкость картинки, и лаконичную наглядность образов. Но главное достоинство - отсутствие привязки к геолокациям, пропагандам и прочим тактико-тактическим характеристикам: есть человек, есть смерть, есть война. Всё! Ни слова более!.. Поэтому развернувшуюся животрепещущую беседу прошу продолжить в Рубилище, http://www.reshetoria.ru/obsuzhdeniya/posporit/ покуда она не привела к непоправимым последствиям, как уже бывало не раз.
Насчет Рубилища согласен. В стихе, как мне показалось, перебор с экспрессией. Знаешь, многие любят театр, а я не театрал. Как-то в юности я пришел на спектакль с талантливыми актерами, там кроме прочих был Басилашвили, но меня раздражало: почему они так кричат и жестикулируют. Это когда я стал старше и умнее, я начал понимать, что это они не дурака валяют, им приходится кричать, чтобы галерка услышала. Но, при всем уважении к театральным актерам, я предпочитаю смотреть их на экране, где они говорят обычными голосами. Вот и здесь мне кажется больше похоже на театр, чем на кино.
Сергей, сейчас в путных театрах везде микрофоны и хорошая озвучка зала. Это я вам скажу как служивший на театре звукооператор) Может, в старые времена и приходилось кому-то докрикивацца до зрителя, допускаю) Но актёры люди привычные к этому и даже шёпот могут внятно донести до галёрки. Если это профессионалы)
Я же говорю, что я был молодой и глупый. Но некоторым знакомым девушкам нравились мои резкие суждения)
в последней строке тяжёлая инверсия... Но иногда нужно наступить на горло своей песне, чтобы когерентность стиха не страдала... Что касается темы, то я вас понимаю... Больше не слова.
А над тобой согбенная душа,
Едва-едва от копоти дыша,
Стоит, и не решается взлететь,
Крик журавлиный вместо песни спеть
Стоит, и не решается взлететь,
И руки опускаются, как плеть...
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.