Уходит звук дождя вниз по ступеням,
Как певчих песнь, что позабыла клирос
И со смиренной повстречавшись феней,
Не помогла тому, кто с ней здесь вырос.
И что могло все как-то быть иначе,
Тот и не мог себе предположить.
Он так привык, что дождь по окнам плачет,
По стенам измеряя этажи,
Где каждый сорок лет знаком
До самой малой и последней капли,
До штор и не отглаженных и дряблых.
За ними Ноем поминают Арарат тайком,
Хрустя на пальцах предартритной косточкой.
Молитва новая уже не о спасении,
А о напитке ценностью в три звездочки,
Несущим в осень огоньки весенние.
Молитва старая давно уже бескрыла -
Бредет листвой по первородной улице.
Отлучена от веры и от силы -
А вдруг дойдет, а вдруг возьмет да сбудется...
А вдруг из сердца бросится печаль...
Печаль с привычки даже окрыляет,
Как в Тукуланах молодая чапараль*,
Ни капли, по итогу, не меняет.
А веривший во что-то - упорхнул,
Хлопком под утро потревожив стаи.
И вниз, как вслед ему, неверивший икнул -
Заблудшие высОко не летают.
И всем прощено глухотой небесных сил.
Никто свой жребий не тянул на спичках.
Душа бежала, только за наличник
Вдруг зацепилась да все там висит.
* Тукуланы - большие песчаные массивы у р.Лены с интересным эффектом: они движутся, постепенно смещаясь от берегов Лены к тайге, «пожирая» по пути деревья
чапараль - тип субтропической жестколистной кустарниковой растительности
...Вновь я посетил
Тот уголок земли, где я провел
Изгнанником два года незаметных.
Уж десять лет ушло с тех пор - и много
Переменилось в жизни для меня,
И сам, покорный общему закону,
Переменился я - но здесь опять
Минувшее меня объемлет живо,
И, кажется, вечор еще бродил
Я в этих рощах.
Вот опальный домик,
Где жил я с бедной нянею моей.
Уже старушки нет - уж за стеною
Не слышу я шагов ее тяжелых,
Ни кропотливого ее дозора.
Вот холм лесистый, над которым часто
Я сиживал недвижим - и глядел
На озеро, воспоминая с грустью
Иные берега, иные волны...
Меж нив златых и пажитей зеленых
Оно синея стелется широко;
Через его неведомые воды
Плывет рыбак и тянет за собой
Убогой невод. По брегам отлогим
Рассеяны деревни - там за ними
Скривилась мельница, насилу крылья
Ворочая при ветре...
На границе
Владений дедовских, на месте том,
Где в гору подымается дорога,
Изрытая дождями, три сосны
Стоят - одна поодаль, две другие
Друг к дружке близко,- здесь, когда их мимо
Я проезжал верхом при свете лунном,
Знакомым шумом шорох их вершин
Меня приветствовал. По той дороге
Теперь поехал я, и пред собою
Увидел их опять. Они всё те же,
Всё тот же их, знакомый уху шорох -
Но около корней их устарелых
(Где некогда всё было пусто, голо)
Теперь младая роща разрослась,
Зеленая семья; кусты теснятся
Под сенью их как дети. А вдали
Стоит один угрюмый их товарищ
Как старый холостяк, и вкруг него
По-прежнему всё пусто.
Здравствуй, племя
Младое, незнакомое! не я
Увижу твой могучий поздний возраст,
Когда перерастешь моих знакомцев
И старую главу их заслонишь
От глаз прохожего. Но пусть мой внук
Услышит ваш приветный шум, когда,
С приятельской беседы возвращаясь,
Веселых и приятных мыслей полон,
Пройдет он мимо вас во мраке ночи
И обо мне вспомянет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.